Знаменитые, но забытые люди России. Вера Фирсанова

Вера Фирсанова: благотворительность была у нее в крови

Вера Ивановна Фирсанова вошла в историю как хозяйка легендарных Сандуновских бань, Петровского пассажа и десятков доходных домов по всей Москве. Свои широкие жестковатые благотворительные дела она никогда не афишировала — хотя масштаб помощи поражал.

Неудачный брак

Вера родилась в 1862 году в семье богатейшего московского предпринимателя Ивана Григоревича Фирсанова. Отец прекрасно знал цену деньгам и, верный своим убеждениям, выдал единственную дочь замуж за господина Воронина из Учетного банка. Возможно, рассудок Ивана Григоревича уже тогда начал давать сбои, и он просто привязал девушку к человеку, управлявшему огромными финансами. По другой версии, Вера сама выскочила замуж за первого встречного, лишь бы вырваться из-под жесткой отцовской опеки.

Как бы то нишло, идея оказалась провальной. Воронин хоть и крутился в финансовых кругах, получал скромное жалование и к тому же оказался патологически скупым. Жизнь молодой жены резко обеднела по сравнению с хлебосольным родительским домом.

Вскоре Иван Григорьевич умер, оставив дочери колоссальное состояние — больше двух десятков домов в Москве. Вера тут же развелась. В те времена развод давался тяжело, кто-то один должен был взять вину на себя. Чтобы ненавистный муж согласился на этот шаг, она выплатила ему баснословный миллион рублей отступного. Получив девичью фамилию и долгожданную свободу, Фирсанова наконец зажила своим умом. И огромную часть этой жизни отдала помощи людям.

Свеча в 32 килограмма

Еще в 1881 году Вера вошла в комитет Московского попечительского общества, а через два года открыла на Грузинском валу огромный «Дом для вдов и сирот». Идею приюта на 400 человек — для тех, кто «совестятся просить милостыню, но по несчастью пришли в убожество» — вынашивал еще ее отец, а Вера блестяще довела дело до конца.

Проектом занялся звездный архитектор Митрофан Арсеньев. Фирсанова не экономила: дом в модном псевдорусском стиле обошелся в 700 тысяч рублей. Внутри разместились 180 отдельных комнат и 80 общих палат. Плюс ко всему при приюте открыли школу для слепых детей, где ребят не просто учил грамоте, но и ремеслам вроде плетения корзин.

Здание Вера передала комитету братолюбивого общества совершенно бесплатно, оставшись пожизненной попечительницей — а это значило бесконечные траты на содержание.

Сама ее подмосковная усадьба Середниково превратилась в настоящий культурный очаг. Здесь пел Шаляпин, музицировал Рахманинов, выставляли свои работы Серов и Юон. Последний так влюбился в эти места, что позже купил землю по соседству. А молодые нищие художники подолгу жили у Фирсановой на всем готовом.

К столетию Лермонтова в 1914 году она поставила в Середникове скромный памятник поэту, который когда-то гостил у прежних владельцев. Тогда же открыла для крестьянских детей школу, полностью обеспечивая их формой, книгами и тетрадями. Крестьяне часто звали ее крестной матерью, и барыня никогда не отказывалась.

Позже появились еще две школы — в соседнем селе и в Москве у Ильинского Обыденского храма. А в деревне кустарей Фирсанова устроила курсы краснодеревщиков под крылом Строгановского училища, вмиг подняв качество и цену местной мебели.

Когда грянула холерная эпидемия, она за свой счет мгновенно выстроила изолированные бараки, снабдив их бельем и лучшим медоборудованием. Заболеваемость схлынула так быстро, что благодарные крестьяне поставили за здравие Веры Ивановны фантастическую двухпудовую свечу.

Чтобы людям было проще добираться до усадьбы, эта неугомонная женщина добилась постройки железнодорожной станции неподалеку от Середникова. Станция работает до сих пор и называется Фирсановской.

Для москвичей, не желавших никуда выезжать, на Пречистенке работал фирсановский концертный зал. Здесь поэты Серебряного века читали стихи экзальтированной публике, а вся выручка уходила на благотворительность.

Савраска без узды

Если добрые дела Фирсанова не афишировала, то ее коммерческие проекты гремели на всю Москву. Знаменитые Сандуны поражали воображение. Андрей Белый в романе «Москва под ударом» писал о мраморах бань и огромном литом Посейдоне в центре бассейна. А перед коронацией Николая II, когда городу не хватило мощностей для праздничной иллюминации, Фирсанова выручила власти, подключив личную электростанцию при банях.

В Петровском пассаже собралось больше полусотни магазинов элитных брендов. Толпа зевак часами глазела на витрины с муслинами, веерами и драгоценными камнями. Оба предприятия приносили бешеные деньги. Купцы уважительно звали Веру «предпринимательской бабой», а писатель Александр Амфитеатров вывел ее в пьесах как невероятно красивую графиню в парижских туалетах.

Сама же она про себя говорила коротко: «Я — савраска без узды». Фирсанова обожала лихо править тройкой лошадей. Известный певец Иоаким Тартаков вспоминал, как пассажиры на козлах замирали от ужаса на ухабах, а Вера только заливисто хохотала.

А потом грянула революция. Бывшую миллионершу, меценатку и владелицу архитектурных шедевров «уплотнили» в крошечную комнатушку коммуналки на Арбате — в один из ее же собственных домов.

К счастью, Федор Шаляпин сумел выправить для нее документы и переправить во Францию остатки сбережений. В 1928 году бедная жительница советской коммуналки превратилась в респектабельную даму в Париже, где и провела последние шесть лет своей жизни.

РЕДАКТИРОВАНИЕ названия,содержания, подписей к картинкам