438 ДНЕЙ В ОКЕАНЕ

438 ДНЕЙ В ОКЕАНЕ: ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ВЫЖИЛ, ПРОСТО РЕШИВ НЕ СХОДИТЬ С УМА и каждый день боролся, чтобы прожить этот день…
В 2012 году человек может бесследно исчезнуть в океане — и вернуться через 438 дней. Не как супергерой из голливудского фильма. Не как гордый победитель стихии. А как тот, кто просто не позволил себе сойти с ума.
Хосе Сальвадор Альваренга держит рекорд по самому долгому одиночному выживанию в море. Он провёл в дрейфе 438 дней и проплыл более 6700 миль. С ним был Эзекиэль Кордова. Оба попали в шторм, когда отплыли из Коста Азул в Мексике 17.11.12. Кордова умер после 4 месяцев в море.
image.png
Эта история не о силе мышц. Она о том, на что способно наше сознание...
ОТКРОВЕННО - Я хотел убить себя. Но не смог…
По просьбе «Вокруг света» главный редактор Marshall Islands Journal Гифф Джонсон поговорил с Хосе Альваренгой в первые дни пребывания рыбака на острове
Мы вышли в океан на рассвете и собирались провести там не более двух дней. Но уже к вечеру, когда лодка ушла достаточно далеко от берега, погода стала портиться. Мы решили вернуться назад. Но мотор не заводился. Я пытался его починить. А волны все увеличивались, и начался ливень. Лодку бросало из стороны в сторону, и единственное, что мы могли делать, — ждать, что погода успокоится. Когда шторм прошел, мы поняли, что оказались в открытом океане и не знаем, где именно.
Из еды у нас было только несколько бутербродов и пара бутылок воды. Весел тоже не было. Мы надеялись, что рядом пройдет какое-нибудь судно…
Дни шли, еда и вода закончились. Нам удалось поймать несколько рыб и морских птиц. Голод был настолько невыносим, что мы с Эсекьелем набросились на сырое мясо и съели. Эсекьеля сразу стошнило. Со мной все было в порядке. Поскольку мы не знали, удастся ли поймать в ближайшее время еще что-то, приходилось экономить еду. Но мясо быстро протухало на солнце. Эсекьель с трудом ел сырое мясо и часто вообще отказывался от еды. Он верил, что нас скоро найдут. Верил больше, чем я. Я пытался заставить его зажать нос и съесть хоть несколько кусочков. Но как только еда попадала в рот, его тут же тошнило. Эсекьель с каждым днем выглядел все хуже. Он много спал. А однажды просто не открыл глаз… Да, я столкнул его за борт. Что еще я мог сделать?
Ловить рыбу было тяжело. Ее почти не встречалось. Я питался морскими птицами, которые садились на бортик лодки. Но как-то после птицы мне стало плохо — тошнило и начались проблемы с желудком: я не мог сходить в туалет. Это было ужасно. Но потом попалась черепаха, и, съев ее мяса, я избавился от этой проблемы. Оказалось, черепашье мясо помогает пищеварению. Тогда я понял, что нужно этим мясом запастись.
Когда шел дождь, на дне лодки собиралась вода. Я пил эту воду, используя панцирь черепахи вместо чашки. Было время, когда долго стояла солнечная сухая погода. Это было самое тяжелое. Мне пришлось заставить себя пить собственную мочу. Я зажимал нос и пил. Ничего другого не оставалось. И иногда я пил кровь черепах.
Тяжело было переносить жару. Солнце слепило, светило прямо в глаза. Я прятался от него в коробке для хранения рыбы.
Я потерял счет времени почти сразу. Один день перетекал в другой. Я думал, что сойду с ума. Я мало что помню о днях в океане. Даже не помню, сколько черепах съел за это время.
Как-то я увидел корабль. Он шел так близко, что я видел даже экипаж. Я поднялся на ноги, закричал и замахал руками. Экипаж помахал мне в ответ, но корабль прошел мимо. А еще через несколько дней я проснулся от того, что лодку сильно раскачивало. Решил, что начался шторм. Открыв глаза, увидел, что чуть не врезался в другое судно. Но было уже поздно: корабль прошел мимо. Наверное, они меня не заметили. После встреч с судами надежда укрепилась. Я подумал, что где-то рядом должна быть земля. Мне очень хотелось в это верить. Хотя я до сих пор не знаю, видел ли корабли на самом деле или это был сон.
Я много спал и видел сны. Не о доме и близких, а только о еде. Мне привиделось, что лодка заполнена любимыми тортильями, курицей и другими блюдами. Я помню, как родители в детстве пекли хлеб. Его запах я чувствовал во сне. Но открывал глаза, а вокруг было только небо, солнце и море.
Я думал о семье. В океане понял, как хочу быть рядом с родными. С дочкой Фатимой, с матерью и отцом. Представлял, как встречусь с ними, обниму и никогда больше не расстанусь.
Думаю, меня спасала вера в Бога. Я знал, что он идет со мной и охраняет меня. Были времена, когда я думал о самоубийстве. Пытался даже порезать вены ножом, но испугался. Я не смог. Плакал, кричал, злился на себя, но не смог. Потом успокоился, поднял руки вверх и закричал: «Бог! Верю!» Я всегда был уверен, что он меня услышит и спасет.
И вот здесь начинается то, о чём редко пишут в сухих новостных сводках. Началось не выживание тела, а выживание сознания.
Океан — это не только бесконечная вода вокруг.
Это тишина, которая со временем становится громче любых звуков.
Это мертвый горизонт, который не меняется ни утром, ни вечером, ни через месяц.
Это абсолютное отсутствие человеческого взгляда, отражаясь в котором, ты понимаешь, что всё ещё существуешь.
Альваренга начал говорить с собой.
Потом — со своим умершим напарником.
Потом — с воображаемыми людьми.
И он делал это не потому, что сходил с ума. А потому, что именно так он не давал себе исчезнуть внутри себя.
Он ел сырую рыбу, морских черепах и птиц. Пил дождевую воду, а когда ее не было — собственную мочу. Прятался от безжалостного солнца под пластиковыми ящиками. Спал, когда мог, и просыпался, когда не хотел.
Но самое невыносимое испытание крылось не в жажде и не в голоде.
Самое трудное — это утро. Момент, когда ты открываешь глаза и понимаешь, что абсолютно ничего не изменилось. И тебе снова, с самого начала, нужно прожить этот день.
И ещё один. И ещё.
Дни перестали считаться. Месяцы просто растворились в соленой воде. В голове осталась только одна мысль, простая, инстинктивная и невероятно упрямая: прожить сегодняшний день. Не выбраться. Не спастись. Не дойти до берега. А просто — прожить до вечера.
Спустя 438 дней его избитую штормами лодку прибило к Маршалловым островам. Его нашли люди.
Он вышел на берег — истощенный, обожжённый солнцем, с глубокими глазами человека, который слишком долго смотрел в абсолютную пустоту... и не отвернулся. Врачи потом скажут, что с медицинской точки зрения это почти невозможно. Учёные будут годами спорить о том, как функционировал его организм.
Но, возможно, ответ лежал не в физиологии.
Он не пытался победить океан. Он не пытался думать о глобальном спасении как о цели. Он просто каждый божий день принимал тихое решение — не сдаваться.
Это тот редкий случай, который доказывает: выживание — это не сила тела. Это тихое, упрямое решение остаться человеком, даже когда вокруг больше нет абсолютно никого, кто мог бы это подтвердить…
Днем 30 января 2014 года на одном из островов атолла Эбон, входящем в состав Маршалловых островов, раздался душераздирающий крик. Эми Либокмето и Рассел Лейкедрик — владельцы единственного дома на этом берегу — выбежали на пляж. Перед ними стоял худосочный обросший мужчина в разодранном нижнем белье.
Возвращение с того света: он набросился на еду, как дикий зверь
— Он размахивал руками и вопил на непонятном нам языке, — вспоминает Эми. — В руке держал нож. Мы жестами дали понять, чтобы он опустил оружие. Пришелец бросил нож на землю и, продолжая что-то выкрикивать, упал на колени. Подойдя ближе, мы увидели разбитую деревянную лодку. Мы поняли, что этого человека прибило к берегу. Он лежал на земле почти без сил и повторял, очевидно, свое имя: «Хосе, Хосе»…

РЕДАКТИРОВАНИЕ названия,содержания, подписей к картинкам