ИНФОРМАЦИЯ ПОКАЗУХИ

Получите доступ к ХХХ разделам сайта!


Арло Гатри. Ресторан Алисы     Попытаться подобрать серию (одинаковое название и разные цифры в конце) к этой публикации
Творчество > Видео

woodenfrog
+999
  Прислал: woodenfrog
   12 Ноября 2017
   Список публикаций woodenfrog   Добавить woodenfrog в избранные авторы   Фотолента woodenfrog 0
Версия для печати    Инфо и настройки  Мой цитатник
история,   юмор  [все теги сайта]

Когда я служил в армии, одному моему земляку по его просьбе мать прислала сборник американского фольклора, назывался он, кажется, «Голоса Америки». Учитывая, что издан он был в СССР, неудивительно, что львиная доля сборника состояла из эпосов и легенд притесняемого в мире капитала индейского населения, но, к чести авторов книги, были там и произведения современного (на ту пору) американского фольклора. Больше всего мне запомнилась и понравилась песня «Ресторан Алисы». Недавно вспомнил про неё и отыскал в Интернете. Автор и исполнитель – фолк-музыкант Арло Гатри, сын Вуди Гатри.

Арло Гатри. Ресторан Алисы

Эта песня называется Ресторан Алисы, и она — про Алису и про ресторан, но Ресторан Алисы — это не название ресторана, так просто песня называется, вот именно поэтому я назвал эту песню Ресторан Алисы.

Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан
Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан
Вовсе не сложно найти этот дом
Полмили от свалки, а там — за углом
Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан

Ладно, всё началось два Дня Благодарения назад, как раз на… два года назад на Благодарение, когда мы с моим корешем отправились навестить Алису к ней в ресторан, только Алиса в ресторане не живёт, она живёт в церкви возле ресторана, прямо в колокольне, вместе со своим мужем Рэем и Фашей — это собака такая. А жить в колокольне — это так: внизу полно места, там, где скамьи стояли раньше. А когда столько места внизу, да ещё когда все скамейки уже вынесли, они и смекнули, что мусор можно долго не выносить.

Подъезжаем мы туда, глядим — внутри весь этот мусор, ну, думаем, дружеский жест такой получится, если мы возьмём весь этот мусор и на городскую свалку вывезем. Поэтому мы сгребаем полтонны мусора, грузим его в салон микроавтобуса «фольксваген» красного цвета, берём лопаты, грабли и прочие причиндалы уничтожения, и направляемся к городской свалке.

Ну вот, доезжаем мы дотуда, а там здоровая вывеска такая, да еще цепь поперёк всей свалки, написано: «Закрыто на День Благодарения». А мы никогда раньше не слыхали, чтобы свалки на День Благодарения закрывали, поэтому со слезами на глазах мы отчаливаем в сторону заката в поисках какого-нибудь другого места, куда можно было бы сложить мусор.

Такого места мы не нашли. Пока не съехали на боковую дорогу, а сбоку этой боковой дороги — такой утёс в пятнадцать футов, а у подножия утёса — ещё одна куча мусора. И мы решили, что одна большая куча мусора лучше двух маленьких куч мусора, и чем поднимать ту наверх, лучше эту сбросить вниз.

Так мы и сделали, и поехали обратно в церковь, и съели в честь Дня Благодарения обед, с которым ничто уже не сравнится, и легли спать, и не просыпались до следующего утра, когда у нас раздался телефонный звонок офицера полиции Оби. Он сказал: «Пацан, мы нашли твою фамилию на конверте под полутонной кучей мусора и просто хотели бы узнать, не располагаешь ли ты какой-либо информацией по этому поводу». И я ответил: «Да, сэр, офицер Оби, солгать я вам не могу — это я подсунул конверт под весь этот мусор».

Поговорив с Оби примерно сорок пять минут по телефону, мы, в конце концов, раскопали зерно истины, и нам сообщили, что придется съездить и забрать наш мусор, а также съездить и поговорить с ним лично прямо у него в полицейском участке. Поэтому мы все грузимся в микроавтобус «фольксваген» красного цвета с лопатами, граблями и прочими причиндалами уничтожения и направляемся к полицейскому участку.

Итак, друзья, есть одна или две вещи, которые офицер Оби мог бы сделать у себя в полицейском участке, а именно: первое — он мог бы вручить нам медаль за нашу храбрость и честность по телефону, что представлялось маловероятным, и мы на это все равно не рассчитывали, а второе — он мог бы на нас наорать и выпереть вон, сказав, чтобы мы никогда ему на глаза больше не попадались и не возили по окрестностям с собою мусор, чего мы, собственно, и ожидали, но, доехав до полицейского участка, возникла третья возможность, которую мы даже не брали в расчет, а именно — нас обоих немедленно арестовали. И в наручники. И я сказал: «Оби, мне кажется, я не смогу собирать мусор вот в этих браслетах». А он мне: «Заткнись, пацан. Ну-ка живо в патрульную машину».

Так мы и поступили, сели на заднее сиденье патрульной машины и поехали на кавычки Место Преступления кавычки закрываются. Теперь я хочу немного рассказать вам о городе Стокбридже, штат Массачусеттс, где всё это и произошло: у них тут три знака «Проезд Закрыт», два офицера полиции и одна патрульная машина, но когда мы добрались до Места Преступления, там уже находилось пять офицеров полиции и три патрульные машины, поскольку это явилось самым крупным преступлением за последние пятьдесят лет, и всем вокруг хотелось попасть в газетные репортажи о нём. К тому же, они пользовались всевозможным легавым оборудованием, развешанным по всему полицейскому участку: они делали гипсовые отливки следов шин, отпечатков ног, образцов запаха для собаки-ищейки, двадцать семь цветных глянцевых фотографий восемь на десять дюймов каждая с кружочками, стрелочками и абзацем на обороте, где объясняется, что на ней изображено, дабы использовать каждую как улику против нас. Были сфотографированы подъездные пути, пути отхода, северо-западного угла и юго-восточного угла, не говоря уже об аэрофотосъемке.

После этого испытания мы отправились обратно в тюрьму. Оби сказал, что поместит нас обоих в камеру. Говорит: «Пацан, я сейчас помещу тебя в камеру, мне нужен твой бумажник и твой ремень». А я говорю: «Оби, я могу понять, зачем вам мой бумажник, — чтобы я деньги в камере зря не тратил, но зачем вам понадобился мой ремень?» А он отвечает: «Пацан, нам только не хватает, чтобы кто-нибудь тут повесился». Я говорю: «Оби, неужели вы думаете, что я стану вешаться из-за того, что намусорил?» Оби сказал, что просто хочет быть во мне уверен, и поступил Оби как настоящий друг, потому что унёс крышку от параши, чтобы я не смог ее снять, ударить ею себя по голове и утопиться, и туалетную бумагу тоже унёс, чтобы я не смог разогнуть прутья решетки, размотать… размотать этот рулон туалетной бумаги наружу и совершить побег. Оби хотел быть во мне уверен, и только четыре или пять часов спустя Алиса (помните Алису? Это ведь песня про Алису) — приехала Алиса и, сказав на гарнир офицеру Оби несколько очень обидных слов, заплатила за нас выкуп, и мы отправились обратно в церковь, съели ещё один обед в честь Дня Благодарения, который нельзя было превзойти, и не вставали до следующего утра, когда нам всем нужно было идти в суд.

Мы вошли, сели, заходит Оби с двадцатью семью цветными глянцевыми фотографиями восемь на десять дюймов каждая, с кружочками, стрелочками и абзацем на обороте, тоже садится. Зашёл мужик, говорит: «Всем встать». Мы все встали, и Оби тоже встал вместе с двадцатью семью цветными глянцевыми фотографиями восемь на десять дюймов каждая, тут заходит судья, садится вместе со своим собакой-поводырём, которая тоже садится, мы садимся. Оби посмотрел на собаку-поводыря, потом посмотрел на двадцать семь цветных глянцевых фотографий восемь на десять дюймов каждая, с кружочками, стрелочками и абзацем на обороте, потом снова посмотрел на собаку-поводыря. А потом опять на двадцать семь цветных глянцевых фотографий восемь на десять дюймов каждая, с кружочками, стрелочками и абзацем на обороте и заплакал, потому что тут до Оби наконец-то дошло, что сейчас совершится типичный акт американского слепого правосудия, и с ним он ничего уже поделать не сможет, и судья вовсе не собирается смотреть на двадцать семь цветных глянцевых фотографий восемь на десять дюймов каждая, с кружочками, стрелочками и абзацем на обороте, где объясняется, что тут изображено, дабы использовать каждую как улику против нас. И нас оштрафовали на 50 долларов и заставили убирать этот мусор из-под снега, но я пришел сюда не об этом вам рассказывать.

Я пришел рассказать вам о призыве.

Есть в Нью-Йорке здание, Улица Уайтхолл называется, туда как заходишь, так тебя там сразу инъецируют, инспектируют, детектируют, инфицируют, презирают и загребают. Однажды и я туда зашел пройти медкомиссию — захожу, сажусь, а накануне вечером выпил хорошенько, поэтому, когда утром зашёл, то выглядел и чувствовал себя лучше некуда. Поскольку выглядеть я хотел как простой типичный американский пацан из Нью-Йорка, чуваки, как же хотел я, хотел чувствовать себя типичным, я хотел быть типичным американским пацаном из Нью-Йорка, и вот захожу, сажусь, и тут меня вздёргивают, поддёргивают, натягивают и творят всякие прочие уродства, безобразия и гадости. Захожу, сажусь, а мне дают бумаженцию и говорят: «Парень, тебе к психиатру, кабинет 604».

Поднимаюсь туда, говорю: «Псих, я хочу убивать. В смысле, хочу — хочу убивать. Убивать. Хочу, хочу видеть, хочу видеть кровь, и гной, и кишки, и жилы в зубах. Жрать обожжённые трупы. В смысле. Убивать, Убивать, УБИВАТЬ, УБИВАТЬ». И тут я начал прыгать вверх и вниз и орать: «УБИВАТЬ, УБИВАТЬ», — а он запрыгал со мною вместе вверх и вниз, и так мы оба прыгали вверх и вниз и орали: «УБИВАТЬ, УБИВАТЬ». Тут сержант подходит, хлоп медаль мне на грудь, по коридору дальше отправил и говорит: «Молодец. Наш парень».

Тут мне совсем поплохело.

Пошёл я по коридору получать ещё инъекций, инспекций, детекций, презрения и всего остального, чего со мной тут всё утро творили, и просидел там два часа, три часа, четыре часа, долго я там просидел, на собственной шкуре испытав все эти уродства, безобразия и гадости, в общем, круто мне приходилось, пока они инспектировали, инъецировали каждую часть моего тела, причём не оставляли ни одной без внимания. И вот прошёл я все процедуры и, когда в самом конце дошёл до самого последнего человека, то зашёл к нему, захожу, сажусь после всей этой катавасии, захожу, значит, и говорю: «Вам чего надо?» Он говорит: «Пацан, у нас к тебе только один вопрос. Тебя когда-нибудь арестовывали?»

И тут я начинаю рассказывать ему всю историю про Резню за Ресторан Алисы, с полной оркестровкой, и гармонией на пять голосов, и прочими делами, всеми феноме… — а он останавливает меня тут и говорит: «Пацан, а ты когда-нибудь был под судом?»

И тут я начинаю рассказывать ему всю историю про двадцать семь цветных глянцевых фотографий восемь на десять дюймов каждая, с кружочками, стрелочками и абзацем на обороте, а он меня тут останавливает и говорит: «Пацан, я хочу, чтобы ты пошел сейчас вон туда и сел вон на ту скамейку, где написано Группа Дабл-Ю… Кругом МАРШ, пацан!!»

И я, я подхожу к этой, к этой скамейке вон там, и там, где Группа Дабл-Ю написано, тебя туда определяют, если ты недостаточно высокоморален, чтобы в армию пойти после того, как совершил свое особое преступление, и на этой скамейке там сидят разнообразные безобразные и гадкие уроды. Матеренасильники. Отцеубийцы. Отценасильники! Отценасильники сидят рядом со мной на одной скамейке! К тому же гадкие, гнусные, уродливые и ужасные на вид — вылитые преступники — сидят со мной рядом на одной скамейке. И уродливейший, безобразнейший и гадостнейший из всех, мерзейший из отценасильников подходит ко мне, а был он гадкий, уродливый, и мерзкий, и ужасный, и все такое прочее, садится рядом и говорит: «Пацан, что получил?» Я говорю: «Ничего не получил, заставили заплатить 50 долларов и убрать мусор». Он говорит: «Нет, за что тебя арестовали, пацан?» А я говорю: «Намусорил». И они все, на этой скамейке, раздвинулись от меня подальше, коситься стали и прочие гадости делать, пока я не сказал: «И нарушал общественное спокойствие». И тут все они обратно сдвинулись, пожали мне руку, и мы на этой скамейке прекрасно провели время, беседуя о преступности, о том, как матерей резать, отцов насиловать, обо всяких прочих оттяжных делах, о которых можно на скамейке разговаривать. И всё было прекрасно, мы покуривали сигареты и всякое такое, пока не подошел Сержант с какой-то бумаженцией в руке, не поднял её повыше и не сказал:

«Пацаны, на-этом-листке-бумаги-47-слов-37-предложений-58-слов-мы-хотим-знать-подробности-преступления-время-совершения-преступления-любые-другие-детали-которые-вы-можете-нам-сообщить-относящиеся-и-имеющие-отношение-к-совершенному-вами-преступлению-я-также-должен-выяснить-фамилию-офицера-полиции-совершившего-задержание-и-арест-и-любые-другие-подробности-которые-вы-имеете-сообщить», — и говорил он так сорок пять минут, и никто не понял ни единого его слова, но мы изрядно повеселились, заполняя бланки и забавляясь с карандашами на этой скамейке, и я заполнил про резню с гармонией на четыре голоса, и все там записал, как всё и было, и всё было прекрасно, а потом отложил карандаш, перевернул листок бумаги, и там, там, на другой стороне, прямо посерёдке, отдельно от всего остального на этой обратной стороне, в скобках, заглавными буквами, в кавычках, стояли следующие слова:

(«ПАЦАН, ТЫ РЕАБИЛИТИРОВАЛ СЕБЯ?»)

Я подошёл к сержанту, говорю: «Сержант, какой же чертовской наглостью вы должны обладать, чтобы спрашивать меня, реабилитировал ли я себя, в смысле, то есть, в том смысле, что я сижу тут у вас на скамейке, в смысле, сижу тут у вас на скамейке Группы Дабл-Ю, потому что вы хотите знать, достаточно ли я высокоморален, чтобы вступить в армию, жечь женщин, детей, дома и деревни после того, как намусорил». Он на меня посмотрел и говорит: «Пацан, нам такие, как ты, не нравятся, и мы отправим твои отпечатки пальцев в Вашингтон».

И вот, друзья, где-то в Вашингтоне, обожествляемое в какой-то маленькой папке, лежит чёрным по белому исследование моих отпечатков пальцев. И я вам сейчас пою эту песню единственно потому, что, может быть, вы знаете кого-нибудь в похожем положении, или сами можете быть в похожем положении, и если вы окажетесь в таком положении, сделать вы можете только одно: зайти в кабинет к психиатру, где бы вы ни были, просто зайти и сказать: «Псих, заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан». И выйти. Знаете, если один человек, всего лишь один человек так сделает, они могут подумать, что он очень болен, и его не загребут. А если два человека, два человека так сделают, в гармонии друг с другом, то они могут подумать, что эти двое — педики, и не загребут ни одного. А три человека это сделают, три, можете себе вообразить, три человека заходят, поют строчку «Ресторана Алисы» и выходят. Они могут подумать, что это организация. И представьте, вы представьте только себе: пятьдесят человек в день, я сказал — пятьдесят человек в день заходят, поют строчку из «Ресторана Алисы» и выходят. Тут, друзья, они могут подумать, что это массовое движение.

Так оно и есть, это Массовое Движение Против Резни За Ресторан Алисы, и вступить вам в него можно, всего лишь спев её при первом же удобном случае, когда её заиграют на гитаре.

С чувством. Поэтому мы подождём первого же удобного случая. Когда её заиграют на гитаре, вот тут, и подпоём, когда её заиграют. Вот она:

Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан
Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан
Вовсе не сложно найти этот дом
Полмили от свалки, а там — за углом
Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан

Это было ужасно. Если вы хотите покончить с войной и всем прочим, петь надо громко. Я вам эту песню пою уже двадцать пять минут. И могу ещё двадцать пять минут петь. Я не гордый… и не устал.

Поэтому подождём, пока её не заиграют на гитаре в следующий раз, и теперь уже с гармонией на четыре голоса и чувством.

Вот ждём, просто ждём, пока её не заиграют ещё раз.

Поехали.

Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан
Только Алису не лапай
Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан
Вовсе не сложно найти этот дом
Полмили от свалки, а там — за углом
Заходи — будешь сыт и пьян — к Алисе в ресторан

Да да да да да да да дам
К Алисе в ресторан

Этот checkbox служит для того чтобы отметить
несколько фото в публикации (если например понравились только
2 фото из 20). Используется в:
- добавить в заметки
- послать другу по e-mail
  Кликните на картинку, чтобы изменить её размер
  Кликните на картинку, чтобы изменить её размер


Понравилось? Поделись с друзьями:
поделиться публикацией на vk.com  поделиться публикацией на facebook  поделиться публикацией в twitter поделиться публикацией в Google+  отправить другу по e-mail
Комментарии пользователей ( Добавить комментарий к публикации   Добавить комментарий к публикации )

Альтернативные названия публикации ( Добавить свою версию названия для этой публикации Я придумал более подходящее название к этой публикации)

Жалобы ( Добавить жалобу на публикацию Сообщить о нарушениях правил в этой публикации)

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10   11 12 12!
Pokazuha.ru
многим понравилось
..
Pokazuha.ru
многим понравилось
..
Pokazuha.ru
многим понравилось
..
Pokazuha.ru
многим понравилось
..
Еще...
 
Текущая лента: Лента новинок раздела 'Творчество > Видео'
сменить ленту

поделиться публикацией на vk.com  поделиться публикацией на facebook  поделиться публикацией в twitter отправить другу по e-mail  поделиться публикацией в Google+  отложить публикацию в Мои заметки


Почитать эротические рассказы на Stulchik.Net





ИНФОРМАЦИЯ ПОКАЗУХИ

Все материалы добавлены нашими пользователями. Более 900 публикаций ежедневно (всего на Показухе около 300 000 публикаций). Авторы получают вознаграждение, которое тем выше, чем больше количество просмотров и выше рейтинг.

Зарегистрируйтесь сейчас!



pokazuha.ru НЕ является открытым ресурсом. Копирование материалов запрещено. Разрешены ссылки на публикации.
Ссылка: http://pokazuha.ru/view/topic.cfm?key_or=1363034
HTML: <a href="http://pokazuha.ru/view/topic.cfm?key_or=1363034">Арло Гатри. Ресторан Алисы </a>
ВВcode: [URL=http://pokazuha.ru/view/topic.cfm?key_or=1363034]Арло Гатри. Ресторан Алисы [/URL]


 
 


 
   РЕДАКТИРОВАНИЕ названия,содержания, подписей к картинкам